Игорь Козлов: На текущий момент IPO для нас не приоритетный инструмент привлечения капитала

Председатель совета директоров «Росэлектроники» рассказал о результатах 2015-го и задачах на 2016 год 15 Февраль 2016, 12:00
Председатель совета директоров холдинга «Росэлектроника» Игорь Козлов в интервью «Коммерсанту» рассказал, как холдинг работает в режиме санкций и почему с IPO пришлось повременить.  

– С какими результатами завершили год в «Росэлектронике»?

– Целевые показатели, которые были установлены для «Росэлектроники» Ростехом на 2015 год, по предварительным данным, выполнены минимум на 97–98%. Это достаточно хороший показатель. Цели, которые поставлены на 2016 год и далее, они драматически иные по своей напряженности и связаны с формированием электронного кластера Ростеха, в который вошла «Росэлектроника».

Доля предприятий электронного кластера Ростеха составила 19% дохода Ростеха в 2014-м, т. е. 250 млрд руб. выручки. В планах до 2025 года увеличение совокупной выручки предприятий с 19 до 35% от консолидированной выручки Госкорпорации.

При этом электронный кластер Ростеха обладает огромным потенциалом развития: в нем сосредоточено более 100 тыс. специалистов, что сравнимо с крупнейшими технологическими корпорациями, предприятия кластера обладают рядом передовых технологий, особенно в областях радиоэлектроники, производства СВЧ-компонентов, систем управления и шифрования.

– В апреле 2014 года была анонсирована стратегия «Росэлектроники» до 2020 года. Там говорилось о достижении баланса между продукцией гражданского и военного назначения. Также были планы по проведению к 2020 году IPO структур, которые входят в «Росэлектронику». Что было выполнено по стратегии и как она будет корректироваться?
– В декабре прошлого года Ростех принял новую Стратегию до 2025 года с горизонтом до 2035 года. В силу этого стратегия холдинга подверглась кардинальным изменениям.

Между гражданской и военной продукцией сейчас нет состояния паритета, нет 50 на 50, но есть цель увеличения объема продукции гражданского и двойного назначения в будущем. Существует определенная пропорция, которая выверена из ожиданий по росту акционерной стоимости. По неаудированным оценкам приблизительно 78% выручки «Росэлектроники» за 2015 год является выручкой продукции военного и двойного назначения.

Данная пропорция будет меняться, в том числе и за счет выхода на рынок новых разработок. У «Росэлектроники» при этом большая программа слияний и поглощений на ближайшее время. Мы внимательно следим за рынком. «Росэлектроника» планирует зайти в инновационные зоны, например, в «Иннополис», московские и подмосковные технопарки, где уже сосредоточена база молодых компаний разного уровня зрелости.

Мы делаем ставку на системные и комплексные продукты с высокой добавленной стоимостью. Например, инспекционно-досмотровые комплексы, дефектоскопы, СВЧ-оборудование для пищевой промышленности (дефростеры, стерилизаторы). Инспекционно-досмотровые комплексы вышли на стадию реализации и используются в качестве составной части системы «Платон». На инвестиционной стадии находятся дефектоскопы, СВЧ-оборудование для пищевой промышленности.

Холдинг занимается перспективными разработками. Они связаны с областью технического зрения. Это основной элемент приборов ночного видения, прицелов, оптико-электронных систем. Речь об электронной матрице, с каким качеством принимается изображение, каким алгоритмом обрабатывается. Матрица – это сердце любого оптико-электронного прибора. На уровне опытных образцов мы сейчас находимся на уровне мировых лидеров.

И второе. Планировался не выход, а рассмотрение вопроса о выходе «Росэлектроники» на публичное размещение. На сегодняшний день этот вопрос рассмотрен, есть общее понимание, что сегодня это преждевременно. Актив не обладает таким уровнем готовности, который бы позволил сейчас говорить о выходе на IPO даже в обычных условиях. А мы, как все знают, находимся под действием санкций и, более того, работаем в том числе и на российский военно-промышленный комплекс. С учетом того, что гособоронзаказ растет, объемы военно-технического сотрудничества растут, IPO не является для нас приоритетным инструментом привлечения капитала на текущий момент. Но мы понимаем тренды, мы понимаем рынок и в этом плане знаем, где мы будем брать необходимые деньги на развитие, на инвестиции.
– В какой степени «Росэлектроника» пострадала от санкций, которые были наложены на основного акционера – Ростех?
– К чести менеджмента «Росэлектроники», холдинг очень быстро заместил те компании, которые оказались вне периметра сотрудничества с Ростехом по тем или иным причинам. У «Росэлектроники» была задача наладить в кратчайшие сроки выпуск на наших предприятиях аналогичных украинским изделий, что мы и сделали. А по европейской элементной базе все давно уже делается на предприятиях Юго-Восточной Азии, поэтому мы в плановом порядке ведем работу по импортозамещению – воспроизводству на мощностях холдинга элементной базы для производителей систем – в рамках поставленной государством задачи увеличения доли продукции, сделанной в России. Сегодня мы практически не испытываем каких-то неудобств из-за того, что против РФ и Ростеха введены санкции.

– Можете рассказать подробнее, кто из поставщиков отказывался сотрудничать и на кого они были заменены?

– Отказывались украинские предприятия, это около пяти-шести предприятий, с которыми были выстроены кооперационные связи еще с советских времен. Я думаю, что сами украинские предприятия от этого пострадали намного сильнее, «Росэлектроника» была для них основным рынком. Этих поставщиков заменили предприятиями из Южной Кореи, Восточной Европы и несколькими китайскими компаниями. Некоторые производства просто перенесли в Россию. Часть номенклатуры стали делать на существующих мощностях и вновь стали делать то, что делали еще при Советском Союзе. Все необходимые стандарты, нормы и требования были соблюдены.

– Какую часть иностранных поставщиков, отказавшихся от сотрудничества, вы заместили?

– Всех. 100%. У нас сегодня нет такой продукции и комплектующих, в которых бы мы испытывали дефицит.

– «Росэлектроника» совместно с ОАО «Авиационно-нефтяная компания» и Turkish Airlines в 2014 году подписали меморандум о взаимопонимании и сотрудничестве при создании российской системы бронирования авиабилетов и базы хранения данных о пассажирах. Как сейчас развивается этот проект?

– Турецкие партнеры задолго до всех событий вышли из этого проекта. Они были финансовыми инвесторами. Система создана и уже прошла тестирование. Некоторые аспекты, связанные с ее внедрением, завязаны на подготовку нормативно-правовых актов со стороны Минтранса. Эта работа сегодня идет, предполагаем, что в 2016 году она будет завершена.

– Кто из авиакомпаний тестирует систему?

– Ведутся переговоры с «Аэрофлотом», с авиакомпанией «Россия», с S7. Также производится тестовое внедрение системы на одном из крупных авиапредприятий, название которого я сейчас сказать не могу в силу конфиденциальности информации. Полномасштабный запуск будет осуществлен до конца этого года. Заинтересованность в системе проявили все авиакомпании.

В каком качестве «Росэлектроника» участвует в создании отечественной системы бронирования авиабилетов?

– В качестве инвестора и поставщика аппаратной платформы для рабочих мест в этой системе.

Сколько было вложено денег в систему?

– Я не могу сейчас назвать цифры инвестиций по соглашению с партнерами, но они достаточные для разработки систем такого уровня сложности. Инвестиционный кейс сходится. Даже с учетом того, что система еще не внедрена, единственное, что откладывается, – это монетизация.

– Получается, что система есть и она простаивает?

– Она не простаивает, сейчас осуществляется тестовое внедрение, как я уже говорил. Сейчас с ней работают разработчики, которые ее создавали. Они тестируют систему в разных режимах. Как раз есть время найти дыры, которые раньше не были видны. Это слабые места, уязвимости системы защиты, поиск и устранение которых приведет к повышению стабильности всей системы.

 

Источник: «Коммерсант»